Отщепенцы [СИ] - Вадим Тарасенко

— Значит берем.

— Ха, легко сказал — берем. Во-первых, надо собрать требуемую сумму и довольно быстро. Во-вторых, необходимо ее переправить в Израиль.

— Ну такой наличности у меня на руках нет. Все крутится в деле. Но я думаю, на сорок тысяч, скажем так на полгода, мне могут дать кредит в банке, — Владимир задумчиво пробарабанил пальцами по столу.

— Почему сорок? Ты возьмешь для своей фирмы на двадцать тысяч и я возьму на двадцать тысяч.

— Сергей, я втянул тебя в это дело, поэтому я должен рисковать только своими деньгами.

— Ты меня обижаешь. Я рассказал ему тогда все, что узнал об Илье и я предложил раскрутить его на деньги, теперь ты нахальным образом утверждаешь, что ты меня втянул. Еще неизвестно кто кого втянул.

— Но мне же понадобились деньги.

— А ты считаешь, что если бы они тебе не понадобились, я бы тебе не предложил пощипать Илью Петровича, и тем более Илью Петровича? Неужели я так в твоих глазах низко пал, что ты держишь меня за какого-то законопослушного гражданина, этакого романтика с библейской заповедью: "Не укради" в голове? Не обижай меня, Володя.

Друзья рассмеялись.

— Ну хорошо, деньги мы получим в кредит, а как мы их переправим в Израиль? — продолжил разговор Владимир.

— Я уже думал над этим, вернее, моя милая, но довольно зубастая «топ-модель» думала. И вот что она предложила мне. Она, где-то там в Израиле, подальше от фирмы своего шефа, открывает свою маленькую фирмочку, а мы туда, в виде оплаты за какие-то услуги, например, предоплату за поставку того же нижнего белья, на счет этой фирмы перечисляем требуемую сумму.

— Ты то можешь таким образом, когда будешь брать кредит в банке, банкиром такую лапшу на уши повесить, а я какое белье покупать там буду? Я же рекламная фирма. Да они меня вмиг раскусят. Сергей ненадолго задумался.

— О'кей, сделаем по-другому. Ты получаешь свои двадцать тысяч и перечисляешь их на мой счет — скажем как предоплату за мою поставку тебе необходимой элитной одежды и других аксессуаров для проведения компании по рекламе там чего-нибудь. А я, потом, перечисляю все это в Израиль.

— Отлично.

— Тогда так. Завтра я звоню в Израиль, говорю этой «топ-модели», что я согласен и пусть она открывает там фирму и сообщает счет, на который мы перечисляем деньги.

— А она нас не обманет? Мы деньги перечислили, а она хоп и документы не дала.

— Я продумал этот вопрос. Во-первых, я ее, честно говоря, припугнул немного. Намекнул, что я связан с украинско-русской мафией. И если что не так…

— Ясно. Ты стопроцентный джентльмен.

— Не перебивай. Тоже мне, кандидат в рай выискался. А во-вторых, я ей доходчиво объяснил, что ведь мы можем и в суд на неё подать, если что — продукцию то мы ведь от ее фирмы так и не получим. В общем, я не думаю, что она нас обманет. В этом случае она рискует намного больше, чем в случае предоставления нам необходимых документов.

— Убедил. Звони своей «топ-модели». А за неделю, я думаю, мы кредит получим. — Владимир удовлетворенно потянулся в кресле.

— Так, с этим вопросом все решено. Ну а как ты, — Сергей вопросительно посмотрел на друга. Кедров рассказал, как он вместе с Настей узнал о том, куда девается изготовленная «продукция» и показал сделанные фотографии, запечатлевшие погрузку мешков в "Мерседес".

— Я думаю, что в эту субботу, я смогу проехать в «Жигули» и точно выяснить номер гаража, где они все складируют.

Сергей внимательно просмотрел фотографии, потом встал из-за стола и подошел к окну:

— Что у нас там дальше по плану?

— Организация фирмы в оффшорной зоне, на Кипре, куда Илья потом должен будет перевести деньги ну и… Ирина.

— И этим всем занимаешься ты, как мне помнится.

— Правильно помниться. Завтра же иду в юрфирму, которая занимается оффшорами и начинаю заниматься Ириной.

— Лучше всего подойдет грузовичок, типа "Газели".

— Я помню. И тут неожиданно Сергей спросил:

— Что у тебя с Настей? Очередная утеха для постели или один из краеугольных камней в фундаменте, на котором ты собрался возводить белоснежный храм с вывеской «Счастье» на фасаде?

— А тебе какое дело?

— Что, нервы шалят? Другу стал грубить?

— Извини.

— Извиняю. А дело у меня вот какое. Общее с тобой дело. На кону полмиллиона долларов. И мне, кажется, я имею тебя право спросить. Как твой компаньон. Кстати, Настя знает обо мне?

— Я рассказывал ей о тебе, верней упоминал тебя, но то, что ты участвуешь в этом деле она не знает. Мы же с тобой в самом начале договорились — о том, что ты в этом деле знаю только я. А Настя вообще практически ничего не знает. Отрабатывает свой кусочек, фрагмент. Ну а насчет Насти и храма…Ну во первых, если я собираюсь что-либо строить, то не храм, а уютный коттеджик с садом, тренажерным залом, сауной, с уютной спальней, с кабинетом, с установленным там компьютером, выходящим в Интернет и детской комнатой, и может даже не одной.

— Ясно.

— Опять тебе что-то ясно.

— Ясно, что желания у тебя, слава богу, здоровые. Но послушай две истории и прими к сведению. Первая — это так, даже не история, а размышления вслух о женских прелестях и ценностях. Впрочем, надеюсь, ты и так это понимаешь, но все же.

— Давай валяй, гуру.

— Сейчас, при современном развитии медицины, косметологии и прочая, прочая курс акций "Внешняя привлекательность" упал, я бы сказал, и довольно низко упал, начал Сергей, не обращая внимания на ироничный тон собеседника.

— Поясни.

— Сейчас превратить лягушку в царевну проще простого, легче чем в сказке. Отправляешь нечто среднестатистическое в косметический салон, а в более тяжелых случаях в клинику пластической хирургии. И на выходе получаешь уже нечто афродитистое. Затем этот полуфабрикат шлифуешь на паре первоклассных курортов, затем что получилось, пакуешь в паре-тройке модных бутиков и все — товар готов к употреблению.

— К чему это ты.

— А я уже сказал, что сейчас лягушку превратить в царевну просто. Главное — что бы в душе твоя избранница не оказалась лягушкой. А душу, слава богу, пока переделывать не научились. Я все это к тому, что если у тебя по отношению к Насте серьезные намерения, просмотри ее внимательно, хорошенько просмотри, на критерий "Лягушки в душе". Иначе твой паспорт украсится еще парой штампов: "Женился — развелся".

— Приму к сведению, — сухо сказал Владимир. Теперь давай вторую историю.

— Знаешь, в Крыму есть развалины крепости. Там есть башня. Ее называют Девичья башня. И легенда гласит что оттуда, не желая стать наложницей хана, бросилась вниз на камни прекрасная и чистая девушка. Так сказать, что бы не дать похотливому, жирному самцу сорвать еще не распустившийся свой бутон. Романтическая история, романтическая башня. Шел я к этой башне с каким то внутренним трепетом перед возвышенностью и накалом человеческих чувств, перед их романтизмом. А подходишь ближе и что видишь? Бурьян вокруг башни, старая грубая в трещинах кладка и надпись на уровне груди: "Тут были друганы Колян и Вован. Пту — 22 г. Урюпинск. 1997 г. и куча человеческого дерьма под надписью, так сказать, эмоциональный экстракт, попытка передать то, что нельзя выразить словами. Вот так и в жизни — смотришь на девушку, рисуешь в голове черте что, а познакомишься поближе… Как говорится "Ничто человеческое ей не было чуждо".

— А это к чему?

— Девушка на расстоянии, на расстоянии твоей мечты, твоего представления о ней это одна девушка, а девушка на расстоянии твоей руки или даже ближе, может оказаться совсем другая девушка.

— Вы все высказали мой философ и тонкий знаток девушек?

— Пока все.

— Я раскупоривая следующую бутылку. Обрати внимание "Кинзмараули"

Поздно вечером Сергей заторопился домой.

— Ладно, пока Володя. Мне пора. А то моя Маришка даст чертей.

— Не даст. Она у тебя хорошая, все понимает. У тебя тот случай когда башня и вблизи вызывает трепет и грязные руки на ней паскудных следов не оставили.

— Мерси за комплимент. Ну пока. Завтра начинаем выбивать кредиты в банке.

— Обязательно. До встречи, пока.

13

Днепропетровск. Среда, 29 июля.

"Водитель категории B, C, D, 35 лет, ищет хорошо и вовремя оплачиваемую работу. Имею автомобиль «Газель». Тел. 46-71-54"

Золотое перо «Паркера» всей своей чернильной душой проклиная хозяева с отвращением прижималось к грубой газетной бумаге, ставя галочку напротив этого объявления. И еще шесть раз оно было вынуждено повторить эту процедуру.

- Здравствуйте, я по поводу объявления, которое вы дали в газету.

— Здравствуйте, я слушаю.

— Мне необходимо выполнить разовую услугу. Она будет хорошо оплачена.

— Что я должен перевезти?